Только мадам Френкель не выбила зорю. Она плотнее закуталась в свое одеяло.

Главы I-VI. Шторм

***

Служил у нас на "Лавре Георгиевиче" впередсмотрящий. Ящиков.

А мы решили завести еще и назадсмотрящего. Ну мало ли что бывает. Короче - надо. Завели, а фамилию ему давать не стали. Ну на кой, простите, пес, назадсмотрящему-то фамилия?

А он говорит:

- Ну дайте же хоть какую-нибудь. Ну хоть бы - Бунин.

Никакого, конечно, Бунина мы ему не дали. А он назад оглянулся и как рявкнет:

- Идет шторм!

- Шторм? - удивился наш капитан сэр Суер-Выер. - Так ведь он умер.

- Кто умер?

- Шторм умер. Апполинарий Брамсович.

- А это другой шторм идет, - пояснил впередтеперьужесмотрящий Ящиков.

- И другой умер, - сказал Суер. - Через два года.

- Знаете что, капитан, - который Бунина просил говорит, - свищите скорей всех наверх.

- Рак, - пояснил капитан то ли про первого, то ли про второго Шторма.

- А ну вас всех, прости меня Господи, - сказал назадсмотрящий, понасели на "Лавра Георгиевича" и плывут незнамо куда, гады!

- У обоих, - продолжил Суер свою предыдущую мысль.

Перед бурей утихли волны. В тишине слышался скрип нашей ватерлинии и какие-то клетчатые звуки. Это мадам Френкель еще плотнее закуталась в свое одеяло.

Глава VII Остров Валерьян Борисычей

- Со всеми этими штормами и сошестерениями, - сказал как-то наш капитан Суер-Выер, - нам Острова Истины не открыть. Да вон, кстати, какой-то островок виднеется. Не Истины ли? Эй, Пахомыч! Суши весла и обрасопь там, что надо обрасопить!

- Надоело обрасопливать, сэр, - проворчал старпом. - Обрасопливаешь, обрасопливаешь... а толку?

- Давай, давай, обрасопливай без долгих разговоров. Вскорости Пахомыч обрасопил все, что надо, мы кинули якорь, сели в шлюпку и поплыли к острову, виднеющемуся невдалеке. Он был невелик, целиком умещался в подзорную трубу. На нем не было видно ни души. Песок, песок да еще какие-то кочки, торчащие из песка.